Канал толстой кишки идёт от указательного пальца через кисть, предплечье, плечо и шею до крыла носа — двадцать точек, из которых для этой статьи набралось двадцать два независимых сопоставления: двенадцать точек и почти к каждой по два, а то и по три независимых голоса — клиническая линия, вторая клиническая линия и атлас, размечающий тело по фотографии. И на всём этом маршруте не нашлось ни одного случая, где числа разошлись бы по-настоящему. Ни одной точки, где один источник называет цунь, а другой полтора. Это само по себе странно — потому что на других участках карты такие расхождения случаются регулярно, и не из-за небрежности книг, а из-за того, что тело даёт слишком много вариантов, откуда мерить. Здесь этот избыток вариантов, кажется, отсутствует. Разбираться, почему — и есть содержание этой статьи.
01 · кисть: три точки на одной кости
Первые три точки канала стоят почти вплотную друг к другу, все — вдоль второй пястной кости указательного пальца.
Вторая точка лежит на лучевом крае пальца, в углублении сразу за пястно-фаланговым суставом; книга советует искать её на слегка согнутом пальце — так углубление проступает отчётливее. Третья — чуть проксимальнее, в заметной впадине позади головки той же пястной кости; здесь совет обратный — искать точку на слегка сжатом кулаке. Четвёртая, самая известная точка канала, лежит уже на тыле кисти, между первой и второй пястными костями, на середине длины второй кости, у высшей точки мышечного валика, который вздувается, когда большой палец прижимают к основанию указательного.
Все три описания называют одну и ту же кость — вторую пястную — просто с разных её сторон: у головки, за головкой, у середины тела. Независимая линия и атлас, размечающий кисть по фотографии, повторяют это дословно: тот же сустав, та же впадина, та же середина кости, тот же валик мышцы. Ни одного числа цуня здесь вообще не требуется — все три точки описаны только через положение относительно одной-единственной кости, и там, где не нужно измерять расстояние, книгам попросту не в чем разойтись.
02 · предплечье: двенадцать цуней, поделённые трижды
Дальше канал поднимается по предплечью, и здесь начинается самая интересная часть его устройства.
Пятая точка стоит у лучезапястного сустава, одиннадцатая — у наружного конца локтевой складки, при согнутом локте. Расстояние между ними книги называют одинаково: двенадцать цуней. Между этими двумя точками, на одной прямой линии, лежат ещё четыре: шестая, седьмая, восьмая и девятая. И каждая из них задана не абсолютным измерением, а долей всё того же двенадцатицуневого отрезка — только считают эту долю то от запястья, то от локтя.
Седьмая точка — на пяти цунях от лучезапястного сустава. Шестая — ещё на два цуня ближе к запястью, то есть на трёх. Считая с другого конца: девятая — на трёх цунях от локтевой складки, восьмая — на четырёх. Если сложить любую пару чисел, отсчитанных с двух концов до одной и той же точки, получится всё то же двенадцать: семь и пять, четыре и восемь, три и девять. Три разных пары чисел, и все три в сумме дают длину одного и того же отрезка.
Дело не только в том, что текстовые описания двух независимых линий совпадают дословно — хотя это тоже так: обе называют пятую точку семью цунями от одиннадцатой и не расходятся ни на десятую цуня. Дело в том, что атлас, размечающий предплечье по фотографии, показывает эту арифметику трижды, на трёх разных снимках, и каждый раз — с другой парой точек в кадре. На одном снимке подписаны семь и пять цуней между одиннадцатой, седьмой и пятой точками. На другом — четыре и восемь, между одиннадцатой, восьмой и пятой. На третьем — три и девять, между одиннадцатой, девятой и пятой. Три независимых кадра одного и того же атласа, каждый с собственной подписанной мерой, и все три складываются в одно и то же число. Это не тройное повторение одной цифры — это три разных измерения одного отрезка, которые проверяют друг друга арифметически, и если бы хоть одно из них было ошибкой, сумма бы не сошлась.
Стоит заметить, что три подписи на трёх кадрах не были придуманы задним числом ради красивой суммы: это три отдельные фотографии предплечья, снятые для трёх разных карточек атласа, каждая — со своей парой отмеченных точек и подписанным расстоянием между ними. Составитель атласа мог сфотографировать эти три пары независимо друг от друга и не проверять, складываются ли подписи в общую сумму. Тот факт, что все три сложения дают одно и то же число — притом ровно то, которое называют и обе текстовые линии, описывающие точки словами, — означает, что перед нами не одна цифра, повторённая трижды, а три отдельных измерения, которые случайно или намеренно образуют замкнутую проверку сами на себе.
Есть в этой цепочке и честная оговорка. Числовая подпись на снимке, где показана шестая точка, при подготовке свода прочиталась нечётко — цифра на фотографии не расшифровывается однозначно. Но её значение — три цуня от пятой точки — можно вывести из общей системы отсчёта того же атласа, не читая эту конкретную подпись напрямую: раз девятая точка стоит на девяти цунях от запястья, а расстояние между шестой и девятой известно из текстовых линий, недостающее число получается арифметикой, а не чтением. И оно совпадает с обеими текстовыми линиями, которые называют шестую точку тремя цунями проксимальнее пятой без всяких оговорок. Свод честно отмечает эту разницу: одно дело — число, прочитанное с фотографии, другое — число, выведенное из соседних чисел. Здесь Соматека печатает вторую версию с пометкой о том, как она получена, а не выдаёт её за то же самое, что дословное чтение.
Двенадцать цуней предплечья делят натрое — и все три деления сходятся.
03 · плечо: три кости встречаются в одной ямке
Шестнадцатая точка лежит на верхней поверхности плеча, там, где сходятся сразу три костные структуры: наружный конец ключицы, ость лопатки и акромион — костный отросток, венчающий лопатку сверху. Между этими тремя структурами есть небольшое углубление, и обе независимые книжные линии, а также атлас, помещают точку именно туда.
Это интересный случай сам по себе, потому что на других участках карты именно такая теснота нескольких костей рядом друг с другом чаще всего и порождает расхождения: если книги вправе выбирать, от какой из соседних костей вести отсчёт, они иногда выбирают разные. Здесь этого не происходит. Обе линии называют один и тот же треугольник ориентиров — ключицу, ость лопатки, акромион — и помещают точку в одну и ту же ямку между ними, без числового отсчёта вообще: не «на цунь от такой-то кости», а «между этими тремя структурами». Одна из линий добавляет к описанию ещё одну деталь — что точка лежит над подостной мышцей, — но это дополнение, а не альтернативная локализация: оно уточняет глубину структуры под кожей, не двигая саму точку в сторону.
Получается, что теснота костей сама по себе не гарантирует расхождения. Она создаёт для него возможность — но реализуется эта возможность только тогда, когда источники вдобавок расходятся в выборе, какую именно деталь считать нулевой точкой отсчёта. Здесь выбор оказался одним и тем же у всех.
Показательно и то, что ни одна из линий не пытается заменить словесное описание числом. На запястье и локте канал то и дело переходит на цуни, потому что там между соседними ориентирами — ровная кожа предплечья, которую действительно нужно измерять. На плече, в этой тесной костной ямке, измерять нечего: три структуры настолько плотно прилегают друг к другу, что расстояние между ними меньше того, что вообще имеет смысл выражать в долях цуня. Поэтому обе линии здесь и не спорят о числе — им попросту негде создать числовое расхождение, есть только вопрос словесного перечисления границ одной и той же маленькой впадины, и по этому перечислению они совпадают.
04 · шея: выступ гортани делит канал пополам
Семнадцатая и восемнадцатая точки стоят на боковой поверхности шеи, друг над другом, и обе связаны одним и тем же ориентиром — выступом гортани.
Восемнадцатая точка лежит на уровне этого выступа, между двумя головками грудино-ключично-сосцевидной мышцы — той, что тянется от сосцевидного отростка вниз к грудине и ключице раздвоенным основанием. Семнадцатая — ровно на цунь ниже восемнадцатой, у переднего края той же мышцы, на уровне угла нижней челюсти. Обе независимые линии и атлас совпадают и в выборе ориентира — выступ гортани, мышца, — и в самом числе: один цунь между точками, без разночтений.
Один источник добавляет практическую деталь для тех случаев, когда выступ гортани выражен слабо: тогда предлагается нащупать углубление между нижним краем подъязычной кости и верхним краем щитовидного хряща по срединной линии — выступ гортани лежит чуть ниже этого места. Деталь появляется только у одной линии, но она не меняет саму точку, а лишь предлагает запасной способ найти тот же самый ориентир, если основной способ не сработал сразу.
05 · лицо: одна точка в долг, другая на своих ногах
Канал заканчивается двумя точками на лице, и они устроены по-разному — и в этом различии стоит вглядеться.
Девятнадцатая точка лежит под наружным краем ноздри, и её адрес не имеет собственного ориентира вообще: она задана как «на полцуня в сторону» от точки другого канала — заднесрединного сосуда, лежащей на границе верхней трети и нижних двух третей подносового желобка. Это одалживание координаты у соседней линии — приём, который на карте встречается не только здесь: одному каналу время от времени бывает удобнее сослаться на уже найденную точку соседа, чем заново описывать то же самое место. Обе независимые линии и атлас называют одну и ту же величину — полцуня — и один и тот же чужой ориентир, так что расхождения здесь тоже нет, но само согласие устроено иначе, чем в предыдущих главах: оно измеряет не собственную анатомию этой точки, а то, насколько точно обе линии сумели одинаково списать чужой адрес.
Двадцатая, последняя точка канала стоит совсем не так. У неё есть собственный, ни у кого не одолженный ориентир: середина наружного края крыла носа, на пересечении с носогубной складкой. Обе линии и атлас указывают именно эту складку и именно эту середину крыла, без ссылки на точку какого-либо другого канала. Канал толстой кишки заканчивается там же, где начинался, — на собственной, независимо описанной детали тела, а не на чужой координате.
Разница между этими двумя последними точками стоит того, чтобы её проговорить прямо. Девятнадцатая точка не может быть проверена сама по себе: чтобы найти её, нужно сначала найти чужую точку — точку заднесрединного сосуда — и только потом отступить от неё на полцуня. Если тот, кто размечал чужую точку, ошибся хоть немного, ошибка перейдёт и сюда, притом одинаково у обеих линий, потому что обе ссылаются на один и тот же чужой адрес, а не измеряют заново. Двадцатая точка такой зависимости не имеет: у неё есть собственная складка кожи и собственный край хряща, которые можно нащупать в отрыве от всей остальной карты. Редко какой канал заканчивается именно так — одной точкой на правах должника, другой на собственных ногах, — и уже в этом соседстве видно, что не все совпадения в своде устроены одинаково прочно.
На лице канала одна точка стоит на своём ориентире, другая — в долг у соседней.
06 · почему у этого канала не нашлось ни одного спора
Если собрать все двадцать две карточки в одну картину, видно, что за отсутствием споров стоит не простота, а избыточность.
На кисти три точки держатся на одной кости, названной с трёх разных сторон, — спорить не о чем, потому что не нужно измерять расстояние вообще. На предплечье четыре точки проверены не одним способом, а тремя одновременно: словесным цуневым отсчётом двух независимых линий и тройной фотографической арифметикой атласа, где каждая из трёх пар чисел складывается в одну и ту же сумму. На плече три кости сходятся в одной ямке, и обе линии, вопреки обычной логике тесноты, выбирают одну и ту же тройку ориентиров. На шее числовая цепочка в один цунь подтверждена и текстом, и фотографией. И даже там, где канал одалживает координату у соседа, обе линии одалживают её одинаково.
На других участках карты — там, где несколько костей стоят рядом и книгам приходится выбирать, от какой вести отсчёт, — расхождения случаются регулярно; это разобрано в отдельных материалах серии. Здесь этого не произошло ни разу за двадцать две карточки. Дело не в том, что у канала толстой кишки более простая анатомия, чем у остальных. Дело в том, что почти каждая его точка проверена не одним измерением, а несколькими одновременно — и там, где несколько независимых способов подтверждают друг друга, месту для расхождения просто не остаётся.
Стоит держать в голове и обратную сторону этого вывода. Отсутствие спора — не то же самое, что гарантия того, что точка на живом теле окажется ровно там, где предполагает книга: числа совпали друг с другом, но ни одно из этих чисел здесь не проверено ничем, кроме ещё одного числа того же рода — другой книгой или другим кадром одного и того же атласа. Единственная точка канала, где адрес зависит не от собственной анатомии, а от чужой уже найденной координаты, — девятнадцатая, у крыла носа. Она напоминает, что даже в самом согласованном канале карты есть звенья, прочность которых определяется не тем, что говорит этот канал сам о себе, а тем, насколько твёрдо стоит на своих ногах его сосед.
Соматека не считает отсутствие спора синонимом простоты. Там, где согласие подтверждено несколькими независимыми способами разом — костью, пропорцией и фотографией, как на предплечье этого канала, — вы увидите все три подтверждения, а не одну усреднённую цифру. А там, где число выведено арифметикой, а не прочитано напрямую с источника, это будет сказано прямо.
Следующий переход
Для практиков
Закрытый профессиональный слой с постраничными источниками, книги серии и каталог практиков собраны на одной странице. Открыть →
Материал носит справочный и сравнительный характер. Он описывает, что говорят источники о расположении точек, и не является медицинской рекомендацией, руководством к самостоятельным действиям или основанием для отмены назначенного лечения. Решение о применении метода принимает врач.