Про медицинскую пиявку обычно рассказывают то, что нужно для процедуры: куда ставить, сколько держать, чего опасаться. Но прежде чем ставить — стоит понять, что именно садится на кожу. Это не насекомое и не слизень, а отдельный класс кольчатых червей со своей анатомией, которая изучена куда подробнее, чем кажется, и в которой всё равно остаются открытые вопросы. Семь независимых линий источников — от английской академической монографии по биологии пиявок до российского учебного пособия для последипломного медицинского образования — сходятся в большинстве фактов о строении этого животного. Но не во всех. В счёте колец тела, в размере взрослой особи, в возрасте полового созревания и — что удивительнее всего — в вопросе, бьётся ли у пиявки что-то похожее на сердце, независимые источники дают разные ответы. Эта статья не выбирает победителя. Она показывает, что подтверждено твёрдо, а что — только одной линией, и честно называет расхождения расхождениями.
01 · кто это на самом деле
Пиявка — не насекомое и не слизень, а кольчатый червь, выбравший в качестве способа питания паразитизм.
Систематически это выглядит так: тип кольчатых червей (Annelida), класс пиявки (Hirudinea), отряд бесхоботных (Arhynchobdellea), семейство челюстных (Gnathobdellidae), род гируды (Hirudo), вид — пиявка медицинская (Hirudo medicinalis). По типу питания медицинскую пиявку относят к экзопаразитам. Но здесь есть важная оговорка: пиявка ведёт свободный образ жизни и нападает на хозяина лишь периодически, а не живёт на нём постоянно, как это делает большинство паразитов. И ещё одна деталь, которая отличает её от многих других кровососов: питаясь, пиявка не приводит свою жертву к гибели.
Сколько вообще на свете видов пиявок — вопрос, где источники расходятся уже на старте. Академическая англоязычная монография по биологии пиявок называет около шестисот пятидесяти видов, распространённых практически по всему миру — от прохладных прудов и ручьёв умеренных широт, где пиявок больше всего, до полярных морей и оазисов пустынь. Российское учебное пособие для последипломного медицинского образования называет близкую цифру — больше шестисот. А один из практических руководств даёт куда меньшее число — около четырёхсот. Расхождение заметное, почти в полтора раза, и мы не сводим его к среднему: просто фиксируем, что даже общий счёт видов пиявок на Земле не устоялся между линиями. Для медицины из всего этого многообразия имеет значение один вид с несколькими подвидами — и именно о нём дальше пойдёт речь.
Естественная среда обитания описана более согласованно. Пиявки живут в воде и во влажной земле: неглубокие озёра, пруды, болота, заводи рек с медленным течением, илистое или каменистое дно. Настоящие хозяева взрослой особи — крупные теплокровные животные, в первую очередь копытные, приходящие на водопой; молодые пиявки, пока не подросли, нападают только на лягушек, головастиков и рыб.
02 · тело из колец, которое не умеет отрастать заново
Число сегментов тела у пиявки не меняется в течение всей жизни — и это не общее правило для червей, а особенность самой группы.
У настоящих пиявок тело состоит из тридцати четырёх сегментов — эта цифра называется структурной константой всей группы, а не признаком одного вида: у Hirudo medicinalis она подтверждена отдельно. Причина, по которой число сегментов зафиксировано раз и навсегда, устройство самого тела: задняя присоска несовместима с задней зоной роста, поэтому новые сегменты не образуются, а утраченные не восстанавливаются. У пиявки, в отличие от дождевого червя, нет возможности отрастить потерянный хвост.
А вот с кольцами на теле — тем самым полосатым рисунком, который виден снаружи, — согласия между источниками уже нет. Немецкая клиническая монография насчитывает сто пять наружных колец на те же тридцать четыре сегмента, до пяти колец на сегмент, и поясняет, что кольца растягиваются гармошкой, давая запас кожи для больших объёмов крови при кормлении и участвуя в передвижении. Российская работа по биологии разведения даёт другое число — сто три кольца — и вдобавок считает не сегменты, а сомиты, которых у неё получается тридцать три: последние семь образуют заднюю присоску, передние четыре — переднюю, в каждом сомите по пять колец. Академическая монография по биологии добавляет третий, самый детальный счёт: сто два предкаудальных кольца, из которых лишь пятнадцать сегментов в середине тела получают полный набор из пяти колец каждый, а к переднему и заднему концам число колец на сегмент уменьшается. Три линии, три конвенции подсчёта — и разница в два-три кольца, которую мы не сглаживаем: тридцать четыре сегмента повторяются в двух независимых линиях и выглядят устойчивым числом, а вот кольца каждая линия считает по-своему.
Мышечная система развита сильно и однозначно: у пиявки она составляет в среднем шестьдесят пять с половиной процентов массы тела. В отличие от малощетинковых червей — родственников пиявки без присосок — у неё есть добавочный слой мышц между кольцевым и продольным, диагональный, отвечающий за ходьбу, плавание, ползание и дыхательные движения. Российское учебное пособие идёт дальше и утверждает: по относительному объёму мышечной ткани пиявка занимает первое место среди всех беспозвоночных. Независимая немецкая монография описывает ту же четырёхслойную конструкцию — продольный слой, двойной диагональный, поперечный и спинно-брюшной, последний отвечает за уплощение тела — и связывает её с четырьмя типами движения: ходьбой по твёрдой поверхности поочерёдным броском присосок, петлеобразным ходом, как у гусеницы-пяденицы, плаванием синусоидальными волнами и, в бедной кислородом воде, хлыстообразными колебаниями тела, нагоняющими свежую воду.
Эта же мускулатура вместе со складчатой кожей и очень эластичной шеей делает тело пиявки удивительно пластичным: уже присосавшееся животное при потягивании за хвостовой конец способно растянуться в два-три раза относительно обычной длины, не отрываясь. Отсюда и практическая деталь, которую отмечает источник сам по себе, а не как инструкцию для читателя: пиявка выбирается через самые узкие щели, поэтому тара, где её держат, должна быть герметичной, а вентиляционные отверстия — совсем небольшими.
Кольца идут по всей длине; их считают по-разному, и число расходится у независимых линий.
03 · присоски, челюсти и пять пар глаз
Оба конца тела заняты присосками, но работают они по-разному, и большая часть органов чувств собрана именно на переднем конце.
Передняя присоска несёт рот и три челюсти — спинную и две боковые, — по свободному краю каждой из которых расположены мелкие хитиновые зубчики. Присосавшись, пиявка, как поршень насоса, втягивает в себя часть кожи и разрезает её сначала передними зубчиками, самыми острыми, а затем и всеми тремя челюстями сразу, работающими наподобие трёх полукруглых пил. Задняя присоска устроена иначе и служит для другого: она крупнее, хорошо заметна и работает как якорь при передвижении.
Глаз у пиявки пять пар — десять штук, — и здесь три независимых линии сходятся почти дословно. Академическая монография по биологии описывает их расположение предельно точно: дугой на кольцах, соответствующих второму, третьему, четвёртому, шестому и девятому кольцу — то есть сегментам со второго по шестой; третья и четвёртая пары связаны с каждой стороны общим зрительным нервом и всегда разделены одним полным кольцом, четвёртая и пятая пары мельче трёх передних и разделены двумя кольцами. Каждый глаз — это глубокий пигментный бокал размером около 0,2 на 0,5 миллиметра, внутри которого от тридцати до ста фоторецепторных клеток, уложенных в шесть-десять радиальных слоёв. Российское учебное пособие говорит о том же самом своими словами: пять пар глаз на средних кольцах первых пяти сегментов, бокаловидные образования с крупными зрительными клетками, позволяющими различать свет. Немецкая клиническая монография добавляет третий ракурс: пигментные бокаловидные глазки, погружённые в кожу головы, различают в первую очередь движение теней, а каждая светочувствительная клетка окружена кольцом чёрного пигмента, что позволяет определять угол падения света. Три описания, три разных источника — и одна и та же картина.
Один из практических источников добавляет к этому ещё одну цифру — около пятидесяти фоторецепторных клеток на глаз без хрусталика и угол зрения около семидесяти пяти градусов. Это не противоречит академической монографии: пятьдесят укладывается в названный ею диапазон от тридцати до ста, просто эта линия не даёт диапазона, а называет одно число. Мы приводим его как более точную, но проверенную только одним источником деталь, а не как отдельный факт наравне с остальными.
Кроме зрения у пиявки хорошо развита химическая чувствительность. Распознавание хозяина следует за физическим контактом и опосредовано в первую очередь хеморецепторами — множеством плотно расположенных чувствительных органов на передней губной области, которые реагируют на вещества кожного пота и тепло крови. Немецкая монография описывает это устройство образно: хеморецепторы распределены настолько широко, что пиявку можно назвать «плавающим языком». Нервная система при этом устроена как брюшная цепочка сегментарных ганглиев, связанных парами коннективов — от каждого отходят по две пары нервов, — а на переднем и заднем концах цепочка собирается в более крупные узлы: подглоточную массу, соединённую с надглоточным ганглием, и анальный узел на конце тела. Один из практических источников уточняет это устройство цифрами, которых больше нигде не встречается: двадцать с лишним ганглиев по цепочке, в каждом — от трёхсот пятидесяти до четырёхсот нейронов, а подглоточный узел образован слиянием четырёх простых ганглиев, задний — семи.
Три челюсти сходятся в центре чаши, по свободному краю каждой идёт ряд мелких зубчиков.
04 · кожа, которая дышит, и слизь, которая линяет
У пиявки нет ни лёгких, ни носа — и то, и другое ей, по существу, заменяет собственная кожа.
Две независимые линии — англоязычная академическая монография и немецкая клиническая — описывают кожу пиявки как сложный многофункциональный орган, и списки функций у них почти совпадают. Кожа служит физическим барьером от света и паразитов, оставаясь при этом достаточно эластичной для растяжения при движении; обеспечивает избирательный газообмен и по сути выполняет дыхательную функцию; регулирует водно-солевой обмен; работает как единый орган чувств — на голове она особенно богата сенсорными структурами; способна противостоять механическим воздействиям; периодически сбрасывает наружный слой; несёт пигментацию для маскировки; служит для распознавания сородичей; защищает от высыхания и помогает пережить зимнюю и летнюю спячку. Оба конца тела — присоски — имеют собственные железистые клетки, отвечающие за приклеивание к поверхности при передвижении.
С этой же кожей связана обильная слизь, которую вырабатывают многочисленные одноклеточные железистые клетки, разбросанные по всему телу. Функции слизи те же две линии тоже описывают согласованно: защита от высыхания, бактерий и физических повреждений, распознавание сородичей своего вида, участие в дыхании и осморегуляции, зимняя и летняя спячка, экскреция. Немецкая монография добавляет наблюдение, полезное именно как факт о самом животном: усиленное выделение слизи само по себе не болезнь, а сигнал, что животное защищается от чего-то в среде — резкого перепада температуры, химического дисбаланса воды, беспокойства или долгого прямого солнца.
Кутикула — тонкий наружный слой кожи — сбрасывается регулярно, и здесь две линии снова сходятся почти в одну цифру: не реже чем каждые три-десять дней, в зависимости от питания, возраста и качества воды. Академическая монография отмечает: неполная линька приводит к заметным перетяжкам тела и обычно наблюдается у пиявок, которых держат без песка или другого грубого субстрата. Немецкая монография смотрит на тот же процесс с другой стороны и называет линьку естественной гигиеной: вместе со старым слоем кутикулы и слизи с тела удаляются и бактерии, которые на нём успели поселиться.
05 · кровеносная система, из-за которой источники спорят
Если спросить, есть ли у пиявки сердце, разные источники ответят по-разному — и это расхождение не в словах, а в самой картине устройства тела.
Один из практических источников описывает кровеносную систему пиявки как «систему замкнутых трубок»: у пиявки, по этому описанию, два боковых сердца, которые сокращаются поочерёдно.
Две другие, независимые друг от друга линии говорят обратное. Академическая англоязычная монография прямо указывает на группу, к которой относится медицинская пиявка: у бесхоботных пиявок настоящая кровеносная система отсутствует. Вместо неё — гемоцель, обширная полость, образованная слиянием и редукцией целома (внутренней полости тела), заполненная гемоцеломической жидкостью — тем, что у пиявки заменяет кровь. Российское учебное пособие для последипломного медицинского образования описывает ту же картину подробнее: кровеносная система замещена остатками целома, который образует четыре продольные трубки, соединённые кольцевидными перемычками, и множество ветвящихся промежуточных полостей; жидкость в них содержит гемоглобин и поэтому красная, а движется она за счёт сокращения боковых каналов, а не биения сердца.
Это не оттенок формулировки. «Два сердца, сокращающиеся поочерёдно» и «настоящей кровеносной системы нет вовсе, есть сеть полостей без сердца» — два разных описания устройства тела, и оба принадлежат источникам с проверенными ссылками. Соматека не выбирает здесь сторону: две независимые линии сходятся на одной картине, одна линия описывает другую, и мы показываем обе, а не выводим среднее.
С выделительной системой ситуация ровно противоположная — здесь линии полностью согласны. У пиявки семнадцать пар нефридиев — органов, отвечающих за выведение жидкости, — на брюшной стороне сегментов с шестого по двадцать второй; это подтверждено и российским учебным пособием, и академической монографией отдельно для всей группы бесхоботных пиявок, для которой семнадцать пар — максимальное число среди всех пиявок вообще. У нефридия три задачи: удалять избыток воды, которая постоянно проникает внутрь через полупроницаемые покровы из пресной воды, всасывать обратно соли и выводить растворённые азотистые отходы обмена. Первой из этих трёх задач считается именно борьба с лишней водой — это подтверждается тем, что у морских видов пиявок, которым такая проблема не грозит, число нефридиев заметно сокращается.
06 · сколько живёт, сколько весит и как размножается пиявка
Спросить «сколько весит взрослая пиявка» проще, чем получить на этот вопрос согласованный ответ у двух разных источников.
Один практический источник даёт длину взрослой особи девяносто-сто двадцать миллиметров при массе полтора-два грамма, отдельно отмечая, что тело может достигать и двухсот пятидесяти-трёхсот миллиметров. Другой, российское учебное пособие, описывает животное скромнее: в обычном состоянии взрослая пиявка имеет длину пять-восемь сантиметров — с оговоркой, что точно измерить её сложно, поскольку тело растягивается и сокращается, — изредка встречаются экземпляры до двенадцати сантиметров и восемнадцати граммов, а средняя масса голодной половозрелой особи в природе — от полутора до двух-трёх граммов. По массе обе линии сходятся почти точно, а вот по «типичной» длине расходятся почти вдвое, и мы приводим оба числа, а не среднее между ними. Отдельно стоит курьёз: в лаборатории при усиленном кормлении за полтора года удалось вырастить пиявку длиной четыреста сорок миллиметров и массой тридцать восемь целых восемь десятых грамма — задняя присоска у неё во время присасывания достигала тринадцати миллиметров в диаметре. Это не типичный размер, а рекорд, показывающий, насколько пластично тело этого животного.
Кстати о взвешивании: измерять рост пиявки по массе, как поясняет источник по биологии разведения, вообще нельзя. Проглоченная кровь может храниться в кишечнике непереваренной от года до двух лет, поэтому взвешивание не позволяет отличить «выросшую» пиявку от голодной, которая просто носит в себе старую кровь. Вместо этого предлагается измерять диаметр задней присоски — он не зависит от того, сыта пиявка или нет. Сама способность так долго хранить кровь примечательна: здоровая голодная особь массой полтора-два грамма способна за один раз насосать десять-пятнадцать миллилитров крови — в пять-шесть раз больше собственного веса, — и эта кровь не переваривается сразу, а хранится, позволяя пиявке до одного-двух лет обходиться без следующей еды. Первая фаза переваривания занимает до трёх месяцев, полное переваривание в зависимости от возраста животного — от трёх до восемнадцати месяцев, а полное опустошение желудка — от четырёх до двадцати одного месяца; сытая пиявка обычно не интересуется едой минимум три месяца после плотного кормления.
Размножается пиявка тоже не так просто, как «просто червяк»: она гермафродит, то есть несёт одновременно оба набора половых органов, но для размножения ей всё равно нужна вторая особь — самооплодотворения не происходит. Это подтверждают независимо друг от друга и работа по биологии разведения, и один из практических источников. Мужское половое отверстие расположено между тридцать первым и тридцать вторым кольцами тела, женское — между тридцать шестым и тридцать седьмым, а у половозрелых особей вокруг половых органов образуется заметный «поясок» из пятнадцати колец. Кокон выделяют кожные железы в передней трети тела; он может достигать двадцати семи целых семи десятых на шестнадцать целых пять десятых миллиметра и обычно содержит пятнадцать-двадцать яиц, изредка больше тридцати; одна особь за раз откладывает до четырёх-пяти коконов.
А вот с возрастом полового созревания снова расхождение, и на этот раз оно, похоже, объясняется не разными наблюдениями, а разными условиями содержания. Работа по биологии разведения пишет: в природе половая зрелость наступает на третьем году жизни, кокон откладывается раз в год летом, а в лаборатории при хорошем содержании пиявок можно заставить размножаться круглый год и откладывать коконы каждые шесть-восемь месяцев. Немецкая клиническая монография называет более широкий диапазон — от двух до четырёх лет в зависимости от частоты и качества кормления — и уточняет важную деталь устройства: пиявка не одновременный, а протандрический гермафродит, то есть сперва развивается как самец и лишь потом как самка; спаривание может длиться до восемнадцати часов. Российское учебное пособие прямо формулирует то, что напрашивается из первых двух источников: при интенсивном выкармливании на биофабрике пиявка способна достичь половой зрелости уже на первом году жизни, тогда как в природных условиях это происходит, видимо, не раньше третьего-четвёртого года. Три цифры — год, три года, два-четыре года — не спорят между собой о биологии пиявки: они, скорее всего, описывают животных в очень разных условиях, но ни один источник не формулирует это как единое правило, поэтому мы приводим их как есть, а не сводим в одну рекомендацию. Растёт пиявка при этом медленно: в природе животное, покинувшее кокон, достигает окончательного размера лишь к пятому году жизни.
И последнее, что стоит сказать честно. Всё это время речь шла о животном, которое для простоты называют «медицинская пиявка». Но у этого имени есть оговорка: молекулярные и морфологические исследования показали, что под историческим и торговым названием «медицинская пиявка» веками смешивали несколько близких видов рода Hirudo — саму Hirudo medicinalis, а также Hirudo verbana и Hirudo orientalis. Бытовое имя животного и подтверждённая видовая принадлежность — разные вещи, и это уже отдельная история.
Размер и рисунок спинки различаются настолько, что по внешности вид определить нельзя.
Пробел, отмеченный прямо
Материал сознательно не содержит точного числа зубчиков на челюсти — по этому пункту источники расходятся сильно, и разбор этого расхождения уже вышел отдельной статьей о том, что происходит после сеанса. Здесь тоже сознательно нет истории о том, почему торговое имя «медицинская пиявка» покрывает несколько разных видов и как это связано с происхождением конкретной партии, — это отдельный, больший сюжет, а не абзац внутри статьи о теле животного.
Соматека не усредняет числа между линиями источников. Там, где 33 сегмента спорят с 34, а «два сердца» — с картиной без сердца вовсе, читатель видит обе цифры и обе картины, а не среднее между ними.
Следующий переход
Дальше по этому направлению — то, что осталось за рамками этой статьи: почему торговое имя «медицинская пиявка» скрывает не один подтверждённый вид, а несколько близких, и что это меняет в вопросе происхождения конкретной партии. Читать дальше
Для практиков
Книга практикующего гирудотерапевта о том, где школы расходятся, выходит первой в серии. Лист ожидания и закрытый профессиональный слой — на странице для практиков. Открыть →
Материал носит справочный и сравнительный характер. Он описывает биологию животного по данным независимых источников и не является медицинской рекомендацией, руководством к самостоятельным действиям или основанием для отмены назначенного лечения. Решение о применении метода принимает врач.