Лимфатическое русло — не круг, а половина круга. Жидкость выходит из тканей, идёт в одну сторону и не возвращается тем же путём: она вливается в вену у основания шеи и дальше движется уже с кровью. Это устройство описывают одинаково все независимые линии источников, и здесь спорить не о чем. Спор начинается там, где появляются числа. Причём распределён он неожиданно: чем крупнее и доступнее структура, тем хуже согласие. Про сосуд толщиной в сотые доли миллиметра линии рассказывают почти одно и то же. Про главный проток, трубку в четыре десятка сантиметров, — четыре разных набора величин.
01 · четыре разряда: от слепого начала до ствола
Две независимые линии описывают путь лимфы одним и тем же рядом сосудов, идущим от тканей к венам, и делят его по строению стенки на четыре разряда.
Первый — лимфатические капилляры, они же начальные сосуды. Они начинаются слепо, прямо в межклеточном веществе, и образуют многоугольную сеть с пальцевидными выростами. Просвет у них шире и неправильнее, чем у кровеносных.
Устройство их стенки заслуживает того, чтобы остановиться. Она выстлана одним слоем клеток с неполной подстилающей мембраной, и соседние клетки местами налегают друг на друга, как черепица. Эти налегающие края работают впускными клапанами: жидкость входит и не выходит обратно. Собственных клапанов внутри капилляра при этом нет вовсе — вся запирающая работа выполняется самой формой стыка клеток. А снаружи к этим стыкам прикреплены якорные нити, связанные с волокнистой основой ткани. Когда ткань набухает и растягивается, нити тянут края стыков наружу, и вход открывается шире. То есть сосуд открывается именно тогда, когда есть что забирать.
Второй разряд — преколлекторы, шириной около пятнадцати микрометров. У них уже есть клапаны, но участки стенки капиллярного строения сохраняются, а значит, всасывать они тоже способны. Это переходная форма в буквальном смысле.
Третий разряд — коллекторы, с полноценной трёхслойной стенкой и клапанами. Четвёртый — крупные стволы, собирающие лимфу целых областей.
Ряд этот воспроизводится независимыми линиями без разночтений. Устройство — общее место.
02 · числа просвета, которые не сходятся
А вот стоит спросить, какой этот капилляр толщины, и согласие кончается.
Академическая линия называет просвет наполненного капилляра до семидесяти микрометров, преколлектор — около пятнадцати, коллектор — от ста до шестисот. Австралийская школа даёт для начального сосуда двадцать-сорок микрометров и добавляет собственное измерение плотности сети: семьдесят сантиметров сосудов на квадратный сантиметр кожи. Брюссельская линия числовых просветов не приводит вовсе.
До семидесяти микрометров против двадцати-сорока — расхождение почти вдвое по верхней границе. Формально его можно списать на разные условия: одна величина дана для наполненного сосуда, другая, возможно, для спавшегося. Но источники этого не оговаривают, и додумывать за них — значит подставить объяснение вместо данных.
Здесь же — важная поправка о том, сколько на самом деле голосов в этом хоре. Изложение начального сосуда у брюссельской линии не является независимым от австралийской школы: оно прямо на неё и ссылается. Это не заимствование чужой таблицы и не переписывание — это нормальное цитирование первоисточника. Но для подсчёта независимых свидетельств результат тот же: два изложения, один голос.
03 · нитка бус: клапанный сегмент и его мышца
Самая красивая часть устройства — то, как коллектор гонит лимфу против силы тяжести, не имея сердца.
Функциональной единицей коллектора обе линии считают клапанный сегмент — отрезок между двумя клапанами. Он каплевидный: начинается луковичным расширением у клапана и сужается к следующему. Наполненный коллектор поэтому выглядит как нитка бус.
Мускулатура распределена по этому отрезку неравномерно, и это ключ ко всей механике. В луковичной части, там где клапан, мышца развита слабо. А суженную часть охватывает мощная манжета из трёх слоёв: два продольных, наружный и внутренний, и кольцевой между ними. Сокращается, стало быть, середина сегмента, а клапаны на его концах остаются податливыми и свободно открываются и закрываются. Расстояние между клапанами непостоянно и составляет от трёх до десяти диаметров самого сосуда.
Сами клапаны — парные полулунные складки выстилки, усиленные прослойкой тонких волокон. Появляются они впервые в преколлекторах: у капилляра, как мы помним, их нет.
Отдельно стоит иннервация. Нервные окончания сосредоточены именно в средней, мышечной части сегмента, и среди волокон различают несколько разных типов по передатчику. Сегмент, иными словами, не просто пассивная трубка с клапанами: у него есть собственная мышца в определённом месте и собственное управление.
Клапанный сегмент похож на бусину — отсюда и сравнение с ниткой.
04 · три пересказа одного опыта
И вот здесь — поучительный случай, ради которого стоит держать реестр происхождения источников.
Собственную сократительную активность этого сегмента описывают три изложения. Выглядит как три независимых подтверждения: три книги, три школы, один вывод. Проверка родословной даёт другую картину. Определение в одной из книг взято из сборника под редакцией той самой академической линии, с которой её и хотели бы сопоставить. А общим первоисточником всех трёх изложений оказывается один и тот же исследователь и один и тот же эксперимент.
Это не три независимых наблюдения. Это три независимых пересказа одного результата. Разница принципиальная: три наблюдения повышают надёжность вывода, три пересказа не повышают её вовсе — они лишь показывают, что результат хорошо разошёлся по литературе.
Любопытно, что при этом каждая линия добавляет что-то своё, и эти добавки как раз независимы. Положение мышечных клеток именно в средней трети сегмента и отсутствие мышцы на уровне клапанов даёт только одна линия. Длину сегмента в три-десять диаметров сосуда — только другая. Совпадающая часть унаследована, расходящиеся детали оригинальны. Обычно бывает ровно наоборот, и уже поэтому такую картину стоит замечать.
05 · фасция делит русло надвое
Ещё одно деление, на этот раз по глубине, и оно объясняет, с чем вообще работают руками.
Академическая линия различает три топографических отдела. Поверхностный, надфасциальный, дренирует кожу и подкожную клетчатку. Глубокий, подфасциальный, отводит лимфу от мышц, суставов, сухожильных влагалищ и нервов; его коллекторы идут вдоль артерий и заключены вместе с артерией и венами в общее влагалище. Третий отдел — сосуды самих органов, устроенные по строению того органа, в котором лежат.
Между поверхностным и глубоким отделами есть прободающие сосуды, и большинство из них проводит лимфу из глубины к поверхности, а не наоборот.
Поверхностные коллекторы идут по направлению крупных кожных вен, но вокруг них не группируются: они лежат широкими пучками под венозным слоем, и область сбора пучка примерно совпадает с областью соответствующей вены. Мышечный слой у поверхностных коллекторов при этом сильнее, чем у глубоких.
Сам факт фасциального деления подтверждён двумя независимыми линиями. Но одна подробность — числовое распределение потока, восемьдесят процентов поверхностно и двадцать глубоко, — принадлежит только одной школе. Ни академическая линия, ни брюссельская такого числа не приводят, и переносить его на них нельзя. Третий отдел, органные сосуды, тоже называет только одна линия.
Отсюда и вытекает, почему предметом ручной работы школы называют именно надфасциальный сосуд: до него можно дотянуться, не продавливая фасцию.
Одна и та же фасция служит границей, которую русло делит надвое.
06 · главный проток: четыре набора чисел
Теперь самое неожиданное.
Весь ток лимфы сводится к двум точкам у основания шеи — левому и правому венозным углам. Правило деления описано одинаково: лимфа трёх четвертей тела идёт в левый угол, лимфа правой верхней четверти — в правый. Нижняя половина тела, дальняя от места впадения, дренируется главным протоком; области вокруг самого места впадения — короткими отдельными стволами.
Проток этот начинается в животе, поднимается позади сердца к основанию шеи и делится на брюшную, грудную и шейную части. Это описание общее.
А теперь числа.
Длина: от тридцати шести до сорока пяти сантиметров у академической линии; около сорока пяти — у школы лимфотомов; сорок — у датской школы; брюссельская линия длины не даёт вовсе.
Ширина: от одного до пяти миллиметров, против двух, против двух-четырёх, против половины-десяти. Четыре диапазона, из которых последний перекрывает все остальные, а самый узкий принадлежит школе лимфотомов.
Шаг клапанов — и вот здесь проверка даёт результат. Академическая линия называет шесть-десять сантиметров между клапанами в нижнем грудном отделе. Датская школа — около восьми сантиметров. Эти два значения сходятся и принадлежат независимым работам. Школа лимфотомов называет примерно сантиметр — величину, отличающуюся почти на порядок, и никакой другой источник её не повторяет.
Так одно из чисел оказывается изолированным. Это не значит, что оно ошибочно: возможно, оно относится к другому отделу протока или измерено иначе. Но стоит оно в одиночку против двух независимых работ, и в атласе записано именно так — с пометкой об изоляции, а не вычеркнутым и не усреднённым с остальными.
Задумайтесь, что здесь произошло. Речь о протоке, который анатомы препарируют двести лет и который можно измерить линейкой. Согласия по его ширине нет.
07 · расширение, о редкости которого спрашивает одна школа
Последний случай показывает разницу между расхождением и незаданным вопросом.
У нижнего конца главного протока на схемах обычно рисуют расширение — цистерну, в которую сливаются подциафрагмальные стволы.
Одна школа из четырёх делает о ней отдельную оговорку: настоящая цистерна встречается редко, не более чем у десяти-пятнадцати человек из ста. И добавляет неожиданное объяснение: анатомы прежних веков, нагнетавшие в сосуды ртуть, могли создавать цистерны в препаратах искусственно. При этом само слово школа сохраняет как удобное сокращение, потому что стволы у нижнего конца протока в любом случае сливаются, и участок обрабатывается одинаково независимо от того, есть там расширение или нет.
Остальные три линии называют цистерну обычной именованной структурой и вопроса о частоте не ставят. Одна из них даже даёт ей точный уровень и наречие «обычно».
Здесь очень легко ошибиться в выводе. Молчание трёх источников — не опровержение: вопрос у них просто не поставлен, и додумывать за них нельзя. Но и подтверждения число десяти-пятнадцати процентов ни от одной из трёх линий не получило. Оно остаётся ровно тем, чем является: наблюдением одной школы со ссылкой на анатомическую лабораторию, не проверенным другими.
Разница между «три источника возражают» и «три источника не спрашивали» — это разница между расхождением и пробелом. Складывать их в одну кучу — самый частый способ незаметно исказить картину знания.
Соматека не усредняет ширину протока и не вычёркивает выпадающее число. Где величины сходятся, вы увидите, независимы ли работы, которые их называют. Где расходятся — увидите все наборы. А там, где источник промолчал, будет сказано, что он промолчал, а не что он возразил.
Следующий переход
Для практиков
Закрытый профессиональный слой с постраничными источниками, книги серии и каталог практиков собраны на одной странице. Открыть →
Материал носит справочный и сравнительный характер. Он описывает, что говорят источники об анатомии лимфатического русла, и не является медицинской рекомендацией, руководством к самостоятельным действиям или основанием для отмены назначенного лечения. Решение о применении метода принимает врач.